Шацкие озера расположены на Волынском Полесье. Это около 30 озер. Самая большая водная поверхность — 27,5 кв.км. — у Свитязя. Лишь немного уступают ему Пулемецкое озеро — 16,3 кв.км. и озеро Луки — 6,7 кв.км. К Свитязю примыкает ряд озер (площадь каждого — менее квадратного километра): Черное Большое, Соминец, Линовец. На север от Свитязя раскинулось Островьянское озеро, а дальше — группа Песчанских озер.
На этих озерах много пансионатов и домов отдыха от самых дорогих и комфортабельных до доступных с минимальным набором удобств.
Шацкие озера.
Март 11th, 2012
admin Моховое болото — озеро Святое, Черниговская область, с. Коропье
Октябрь 18th, 2011
admin Идея найти и организовать группу туристов, интересующихся природой болот, возникла недавно, хотя зрела давно. После нескольких дней, проведенных на форуме, около 10 человек откликнулось на мое предложение. Первую «вылазку» решено было назначить на 6-7 ноября на озеро Святое (недалеко от с. Коропье, Черниговской области).
Озеро Святое, с. Коропье, Черниговской обл.
Озеро Святое представляет собой нетипичное, пожалуй, для Украины моховое болото, близкой к кругу формы, с большим «окном» в центре, имеющим нечеткие очертания. Очень напоминает карельские болота, но с более широкой переходной полосой от болота к лесу (зоной сухих кочек с густым березовым подлеском). Растительность представлена различными видами сфагнума, ягодниками клюквы, невысокими зарослями камыша. Редкие карликовые березки и кусты создают нечто вроде плавающих островков, на которых можно стоять, практически не погружаясь в воду. По периметру озера идет полоса густого березового леса, растущего на влажной торфяной почве, и являющегося переходной зоной между сухим бугристым сосновым лесом и болотом. Ширина этой полосы изменяется от 100-200 м в юго-западной части озера до нескольких метров в северной части. Северная оконечность озера — единственное место, откуда центральную гладь воды можно увидеть, не выходя на болото — либо с дерева, либо с небольшого холма (естественность его происхождения вызвала споры — вероятно, холм насыпной). С юго-востока к озеру подходит старый осушительный канал, построенный вручную еще до войны, и частично заилившийся. По всей видимости, особого вреда экологии озера он не нанес.
Кольцо березового леса вокруг озера изрыто многочисленными ямами явно искусственного происхождения. Как оказалось в дальнейшем, таким образом местные жители добывали торф, но этот промысел давно прекратился. Ямы заросли мхом — по многим из них можно ходить, хотя в наиболее «свежие» можно запросто провалиться по пояс. В березняке находят убежище зайцы, кабаны, и косули — это, пожалуй, самое «живое» место на болоте. На самом озере много водоплавающих птиц, которые в это время года готовятся к отлету, строясь над озером в причудливой формы клинья.
В эти выходные нас собралось четверо, многие из желающих не смогли явиться по ряду причин. Дорога до озера заняла около двух часов — автобусом с автостанции «Полесье» до поселка Десна, далее машиной до Коропья (суммарно около 10 грн с человека в одну сторону). Если ехать в одиночку или вдвоем, имеет смысл подъезжать к озеру автостопом от Сувида или Десны — местные берут попутчиков весьма охотно. В этот раз к озеру мы вышли около часа дня.
Оставив вещи недалеко от «устья» канала, перекусив и переодевшись, мы обошли болото вдоль восточного берега и вышли к тому месту, где сосновый лес вплотную подходит к берегу, и откуда открывается вид на центральное озеро. На карте в этом месте обозначена хижина, однако в действительности от нее осталось лишь несколько листов рубероида и пару досок. Взобравшись на дерево, мы получили некое представление о расположении центрального озера, подходов к нему, и наблюдали издалека взлет стай диких уток. Поверхность воды периодически как будто бы закипала от бесчисленного множества бьющих по воде крыльев.
От «обзорной сосны» мы направились к центру болота. С этой стороны до самого озера болото покрыто мхом, камышей нет, и озеро находится ближе всего к берегу. Поначалу мох лишь хлюпал под ногами, но по мере приближения к озеру пришлось намочить ноги вплоть до колен. Мох местами очень плотный, погружается только ступня, местами разряженный, причем по внешним признакам эти участки мало отличаются. Иногда, ближе к озеру, встречаются «черные дыры» — участки болота без мха, где сразу n-метровая глубина. Причем человек может спокойно стоять рядом с ними, так как плотность мха от твердого места к воде изменяется резко. Если долго стоять на одном месте, мох прогибается, и образуется лужа, в которую со временем погружаешься все больше. Особенно интересно наблюдать за этим на краю окна: погружающийся слой выталкивает воду, и на поверхности становятся видны течения. При очередном подходу к краю озера мы нашли старую одноместную резиновую лодку с парой весел, многократно заклеенную, однако при попытке ее «одолжить» оказалось, что она пропускает воздух в нескольких местах.
Из приспособлений для перемещений понадобилась только палка, причем двухметровая длина вполне достаточна. Болотоступы на этом болоте не нужны. По камышам в них вообще не пойдешь, а мох и корни камышей держат человека до самой кромки воды. Вода была холодной. Вначале неприятно, но потом становиться легче — ступни обмораживаются, и холод отвлекает мало. Нужно только не забывать на сухих островках из мха немножко по приседать и попрыгать для разгона крови. Такие островки встречаются на озере рядом с небольшими кустами или карликовыми березками. После выхода с болота на сухую землю тепло в ноги возвращается через 10-15 минут ходьбы. Кстати, в ботинках на болоте не так уж и холодно из-за ограниченного водообмена. В горной реке с сильным течением ноги мерзли гораздо быстрее и сильнее.
Итак, после первого посещения болота в моховой его части с севера и северо-запада мы вышли погреться в березовую рощу, и прошли по ней до самой широкой ее части. По дороге пару раз вспугнули зайца, который в это время года имел серо-белый цвет — видимо еще не закончилась линька. Повсеместно встречались следы и помёт кабанов. Ни одного человека в первый день мы на озере не видели.
Обходя болото, мы еще раз вышли к озеру с южной стороны. Как мне показалось, там слой торфа был наиболее прочным и лишь узкая кромка возле самой воды погружалось под весом человека. У края воды было найдено две затопленные полусгнившие деревянные лодки. Вероятно на озере их много — раньше жители окрестных сел рыбачили на озере. Достаточно было встать на лодку, чтобы она погрузилась ниже темной поверхности воды, и ее уже не было видно.
В первый день мы успели обойти вокруг озера и несколько раз подойти к нему с севера и с юга. Когда мы вернулись за рюкзаками к каналу, уже начинало смеркаться. Ночевать мы решили не в сосновом лесу, а на старой заросшей просеке в березовой роще на южном краю болота. Там деревца стояли глухой стеной, и возникало ощущение, что люди где-то очень далеко отсюда. На поиск более-менее сухого, свободного от кочек и ям места, где удалось втиснуть две палатки между березками, ушла оставшаяся часть серого времени суток. В нескольких метрах от палаток была небольшая яма, оставшаяся от торфяных разработок, которая еще слабо затянулась мхом, и поэтому местами имела окна с «технической водой». Один из нас успешно провалился в нее почти по пояс, выйдя вечером по нужде из палатки. Костер развели в освобожденной от дерна ямке, причем под слоем мха почва была полностью органической, практически без примесей земли. Несмотря на близость воды, к утру ямка заметно расширилась на 5-10 см с каждой стороны, так как высохший от огня торф постепенно тлел, однако огонь не имел возможности распространяться под землей из за высокой влажности почвы. Тем не менее, утром огонь был тщательно погашен, а ямку с кострищем мы закрыли дерном, который вечером был аккуратно из нее извлечен. Чтобы после нас место осталось таким же, как было до нас. А подобранные около болота в течение дня пластиковые бутылки и прочий мусор мы вечером вывезли в Киев.
Ночью температура была около нуля, на утро немного потеплело, и вопреки прогнозу дождя не было. Пока мы завтракали и собирали вещи, на нас вышли двое местных — дед с бабой, с велосипедом, которые пришли на болото за клюквой. Зачем на болоте, в березовых зарослях, велосипед — ума не приложу, тем более всего в километре от деревни. «Хозяева» озера (единственные встреченные нами на озере люди) рассказали интересную легенду о происхождении названия озера и о его истории. Якобы на месте озера было село, которое утонуло вместе с колокольней (легенда напоминает ту, которую я лично слышал на Святом озере на Вологодчине, где я был год назад). Говорят, если местный поп оббежит вокруг озера три раза до петухов, то деревня поднимется из болота. Один раз поп почти успел — 2.5 раза оббежал, уже купола вынырнули, но петухи закричали, и всё утонуло снова. Правда же состоит в том, что при добыче торфа (в ямах на берегу) местные старатели находили предметы утвари (лодки, корыта и т.п.), свидетельствующие о наличии там деревни в прошлом. От хозяев же мы узнали и о возрасте канавы, и о происхождении ям, и о том, что все, кто ходил на озеро из их села, давно померли (своей смертью, а не в болоте). Они удивились, когда мы сказали, что туда дошли. Сейчас в Коропье, по видимому, одни дряхлые старики.
Утром мы совершили еще одну вылазку на озеро с западного берега, со стороны камышовых зарослей. Бродить по камышам тоже достаточно удобно. Более того, слой камышовых корней образует более твердое и равномерно плотное основание, чем мох, однако слой воды сверху более значительный. Все это образование, вместе с корнями и питающей их торфяной почвой, плавает на воде, как и в случае с мхом. У кромки окна камыши погружается в воду значительно меньше, чем мох, под весом человека. Но так как воды в камышах больше, больше и водообмен в обуви, поэтому бродить по ним значительно холоднее. Я постоянно старался не раздвигать камыши, а наклонять их вперед, подкладывая себе под ноги. Так ноги чувствуют себя более устойчиво.
Вернувшись на берег, мы потратили около часа на сбор клюквы «на пробу». Местами ягод довольно много, но такие красные островки встречаются редко, и лишь в узкой прибрежной полосе. Ягоды прячутся в мох, и чаще всего сверху видны только красноватые листья.
Перед тем, как выйти из леса, мы еще немного погуляли до вечера. Несколько раз видели следы косуль и кабанов. На трассу вышли примерно за час до сумерек. Довольно скоро поймали местную попутку и за 5 грн. подъехали до поворота на Остер (~6 км). Оттуда пешком дошли до автостанции Десна и в седьмом часу автобусом выехали в Киев.
За материал спасибо сайту http://www.tkg.org.ua
Поездка на Шацкие Озера.
Сентябрь 27th, 2011
admin Шацкие озера расположены на Волынском Полесье. Это около 30 озер. Самая большая водная поверхность — 27,5 кв.км. — у Свитязя. Лишь немного уступают ему Пулемецкое озеро — 16,3 кв.км. и озеро Луки — 6,7 кв.км. К Свитязю примыкает ряд озер (площадь каждого — менее квадратного километра): Черное Большое, Соминец, Линовец. На север от Свитязя раскинулось Островьянское озеро, а дальше — группа Песчанских озер.
Озеро Свитязь — очень хорошее место для отдыха с маленькими детьми. Ведь не надо переживать, что ребенок зайдет слишком далеко, для того чтобы уровень воды достиг шеи, нужно пройти метров триста. Вода в озерах действительно ОЧЕНЬ ЧИСТАЯ. Что факт – то факт.
На этих озерах много пансионатов и домов отдыха от самых дорогих и комфортабельных до доступных с минимальным набором удобств.
Цены на жилье на Шацких озерах — от 30 до 500 грн/сутки с человека. Условия, конечно, тоже разные и напрямую зависят от стоимости. За минимальные цены рассчитывайте на маленький деревянный домик в лесу без удобств.
Инфраструктура на Гряде хорошо развита. Есть множество кафе и баров. Для любителей ночной жизни работает дискотека. На пляже любезные бабушки предложат чего душа пожелает — от пирожка до жареного поросенка (даже такие предложения бывают).
Но хоть и славятся Шацкие озера рыбой, покупайте рыбу лучше в другом месте, так как рыбу здесь продают по космическим ценам. А поймать ее вам врядли удастся. Местные расскажут вам что тут ловится угорь и окунь. Но поймать их тут будет очень затруднительно. Наловить можно кучу красноперки и канадских сомиков. Канадский сомик – по размерам скорее бычок чем сом, вырастает максимум до 50 см.
Посетить Шацкие озера, один раз можно. Съездить один раз на них рекомендую. Но захотите ли вы ехать туда второй раз – решать вам. Я сам на шацких озерах был 2 раза. Оба раза на машине. Третий раз я туда вряд ли поеду в обозримом будущем. Причина – масса народа, все застроено. Цены на развлечения (лодка, рыбалка) – очень высокие. Грибы в лесу тоже не очень то по собираешь — очень много народа. Так что если вы едите за покоем и тишиной то вам лучше не сюда, а куда-то в Карпаты или в Черниговскую область.
История зажигалок Zippo, все гениальное — просто.
Сентябрь 27th, 2011
admin Если вы раздумываете купить зиппо или не купить. Прочитайте эту историю. История зажигалок Zippo насыщенна массой занимательных и интересных событий.
В далеком 1932 году во времена «Великой депрессии» в далекой Америке в штате Пенсильвания в городке нефтяников Брэдфорде в обыкновенный деревенский клуб на танцы пришел некто Джордж Блэйсделл. Он был совладельцем небольшой фирмы по производству простейшего нефтедобывающего оборудования.
С юности он имел дело с металлом и механизмами и обладал немалым стремление к изобретательству. Танцы и пустые разговоры о политике скоро надоели Джорджу, и он вышел покурить на веранду клуба, где нашел своего друга Дика Дрессера, пыхтящего в попытках снять крышку со своей старенькой и обшарпанной австрийской зажигалки. Дик был достаточно обеспеченным человеком, и Джордж позволил себе замечание: «Почему бы тебе не купить более презентабельную зажигалку?» Дик наконец-то сдернул крышку и чиркнул колесиком. Несмотря на довольно сильный ветер, зажигалка зажглась, и Дик прикурил свою сигарету. «Потому что эта работает!» — буркнул Дик в ответ на вопрос Джорджа. В этот момент
Джорджа осенила мысль: «Зажигалка! Вот что постоянно нужно человеку независимо от его материального положения!» С тех пор голова Джорджа была заполнена идеей производства надежных зажигалок, доступных каждому.
Начал он с того, что получил эксклюзивную лицензию на импорт австрийских зажигалок в США и закупил небольшую партию для продажи. Не сумев продать ни одной, он обнаружил в них некоторые дефекты и решил создать свою негаснущую зажигалку. Арендовав небольшое помещение в здании металлоремонтных мастерских, он заполнил его подержанными станками, нанял трех слесарей, и работа закипела.
В первую очередь Блэйсделл уменьшил размеры зажигалки так, чтобы она помещалась в ладони. Затем он, помня страдания друга Дика, соединил крышку с корпусом петелькой. Теперь можно было открывать и запаливать зажигалку одной рукой. Ветрозащитный экран вокруг фитиля он оставил неизменным, сохранив даже то же количество отверстий, какое было в австрийском прародителе. Немного усовершенствовал колесико и кремень. Бензин заливался прямо в корпус, который из простого латунного сделался хромированным.
Итак, новый товар был готов. Получил он название «Zippo». Происхождение названия также очень незамысловато. Примерно в это же время в США была изобретена сплошная скользящая металлическая застежка, получившая у нас название «молния» , а на родине — «Зиппер». Блэйсделлу нравилось звучание слова «зиппер», и он решил свое произведение назвать созвучно ему.
Цена новой «ветрозащитной» зажигалки была $1.95. В первый же месяц было продано 82 штуки. Дело пошло. Надежность, удобство и доступная цена Zippo быстро завоевали ей популярность, но все-таки основным достоинством Zippo была торговая политика фирмы, выражавшаяся в практически бессрочной гарантии ее продукции. Инженер Блэйсделл так полюбил свое детище, что поклялся, что внешность Zippo не заменится, пока он жив.
Но и после его смерти зажигалка практически сохранила свой вид. Правда, некоторые модели стали изящнее, богаче и красочнее. Но высочайшая надежность, достигнутая уже вначале, осталась неизменной. Недаром в музее Zippo в Бредфорде хранятся зажигалки всех времен, начиная с выпуска 1932 года. И все работают!
Продолжая тему истории всемирно известных зажигалок, нельзя упустить рассказ о рекламном таланте их создателя — «Мистера Зиппо», а именно так стали звать инженера Блэйсделла уже с момента выпуска первой партии зажигалок.
Одним из первых деяний Блэйсделла в области продвижения своего товара стала рассылка по почте в адреса магазинов, баров и клубов рекламной листовки, в которой Zippo представлялась как самая надежная зажигалка, работающая в любых погодных условиях. В ней покупателям Zippo предлагалось подвергнуть ее так называемому «фентесту». Он заключался в том, что Zippo зажигалась на расстоянии не больше метра от включенного электровентилятора (фена). Если в течение недели хоть раз она не срабатывала, покупатель волен был вернуть ее продавцу и получить свои деньги назад. Напомним, что цена Zippo в то время была лишь $1.95. Те же действия предлагалось совершить с другими зажигалками и убедиться в преимуществе Zippo.
Эта же идея уже в 1937 году получила продолжение в первом большом рекламном объявлении Zippo в национальном журнале для мужчин «Эсквайр» (Esquire). Блэйсделл занял денег и выкупил за $3.000 целую страницу журнала, на которой он поместил текст, рекламирующий ветрозащитные свойства зажигалки (windproof lighter), ее пожизненную гарантию (lifetime guarantee) и вариации моделей (к тому времени появилось несколько моделей Zippo с гравировкой). На страницу была нарисована симпатичная девушка, зажигающая Zippo на ветру. Надпись под картинкой гласила: «Она прошла Фен-тест». Это объявление считается историческим, так как после его публикации за Zippo закрепился термин «ветрозащитная», а благодаря одушевлению зажигалки многие мужчины стали считать ее своей «доброй подругой». Однако до этого события создатель Zippo Блэйсделл не располагал средствами на дорогостоящую рекламу, и он придумал следующий ход…
Вспомнив о своем школьном товарище, который владел в Бредфорде гаражом междугородних автобусов, Блэйсделл попросил его раздать свои зажигалки водителям автобусов с тем, чтобы они демонстрировали пассажирам их ветрозащитные качества. В оплату за такого рода рекламу водители получали зажигалки в личное пользование бесплатно. Это была гениальная беззатратная реклама, впервые расширившая популярность Zippo за пределы Бредфорда.
Немало потрудился Mister Zippo, стараясь достигнуть «персонализации» своего детища. Уже через год после начала выпуска зажигалок он стал украшать их гравюрами и рисунками по эмали. Сначала это были простые модели Zippo с изображением пьяницы, головы собаки или лошади. Затем Блэйсделл стал гравировать личные монограммы и логотипы компаний. Расцветка и форма монограмм постоянно варьировалась, однако доплата за такого рода работу оставалась неизменно: всего $1.00. Рекламные лозунги для этой продукции были выбраны Блэйсделлом, как всегда, крайне удачно: «Подарок, который всегда с Вами» или «Подарок, который вспоминается столько раз, сколько Вы зажигаете свою Zippo».
Решающий момент в деле персонализации Zippo наступил в 1936 году, когда нефтяная компания «Кендалл Ойл» (Kendall Oil), поставляющая Блэйсделлу керосин для заправки зажигалок, заказала 500 Zippo со своим логотипом. С тех пор и по сей день Zippo успешно разрабатывает престижное направление производства зажигалок как предмета искусства. А уже в следующем, 1937, году финансовые успехи Zippo, явившиеся следствием талантливой рекламной компании Блэйсделла, позволили ему приступить к производству так называемой «спортивной серии». На корпусах зажигалок изображались охотник, рыбак, игрок в гольф, спортивная яхта, лыжник, бейсболист, то есть сюжеты, связанные со спортом на открытом воздухе. Этим достигалась увязка «ветрозащитности» Zippo с живой природой.
И, наконец, в предвоенные годы Mister Zippo провел еще одну удачную рекламную акцию, позволившую ему реализовать более 300 тысяч зажигалок. В те времена в барах и кафе была распространена (правда, нелегально) одна простая игра под названием «панчборд» (punchboard). На стену вешалась доска с одной или двумя тысячами отверстий, заклеенных бумагой. Все отверстия под бумагой были пронумерованы в произвольном порядке. В верхней части доски были написаны выигрышные номера. Любой посетитель всего за 2 цента мог ткнуть карандашом в одно из отверстий и, если номер в открытом отверстии совпадал с номером вверху доски, счастливчик получил приз — зажигалку Zippo. Благодаря «панчборду» популярность Zippo стала всеамериканской. А потом была Вторая Мировая война. И популярность Zippo перешагнула границы США.
Во время Второй Мировой войны многие американские товары стали всемирно известны. Среди них бритвы Gillette, часы Hamilton, автомашины Jeep, шоколад Hershey’s и, конечно же, зажигалки Zippo.
Компания Zippo MFG, не являлась официальным поставщиком товаров для армии, но популярность ее зажигалок была так велика, что с первых дней войны Блэйсделл поставлял Zippo сотнями в армейские и флотские пункты снабжения. Солдат и матросов привлекали в Zippo надежность, хорошая защищенность от ветра и влаги, и дешевизна.
Zippo времен Второй Мировой войны отличалась от своих предшественниц внешне, так как, из-за трудностей с сырьем, их корпуса стали делать из пористой стали вместо никелированной латуни. Их поверхность зачернялась и была шероховатой. Выглядели они немного аляповато, но лучше удерживались в ладони и не блестели, чем соблюдалась светомаскировка. Корпус мог заржаветь, но механизм, по-прежнему, работал безотказно. Впрочем, Блэйсделл, со свойственным ему педантизмом, прикладывал к каждой зажигалке листовку, где извинялся за изменения ее внешнего вида, вызванное чрезвычайными обстоятельствами.
На фронтах Войны Zippo приобретала свои новые функции. Она использовалась не только для того, чтобы прикурить сигарету, но также для разжигания костров, для подачи различных сигналов, для отогревания замерзших рук, даже для согревания супа в касках.
Известны случаи, когда Zippo спасала жизнь ее владельцам и их товарищам. Однажды группа моряков с потопленного корабля продрейфовала на маленьком плоту весь день, а когда наступила ночь, один из моряков зажег свою зажигалку как сигнал о помощи. Ее свет увидели с проходящего мимо катера, и моряки были спасены. Другой случай произошел с экипажем пикирующего бомбардировщика, когда он возвращался на базу после выполнения боевого задания. Неожиданно отказало бортовое освещение и, так как дело было уже ночью, штурман не мог правильно определить направление полета по затемненным приборам. Помог экипажу благополучно приземлиться на своей базе свет зажигалки Zippo.
Среди пехотинцев было немало случаев, когда Zippo, положенная в нагрудный карман кителя, принимала на себя вражескую пулю и спасала жизнь хозяину. Истории, связанные с Zippo, передавались из уст в уста и, заодно с ее замечательными качествами, укрепляли ее славу на фронтах и в тылу. Ее стали называть «лучшей подругой солдата». На корпусах зажигалок стали выцарапывать имена, инициалы, девизы, их украшали эмблемами, монетами и даже моделями. Популярность Zippo среди военных привела к тому, что в 1942 году компания Блэйсделла работала только на Армию. Zippo, практически, невозможно было купить в США в обычном магазине или баре. Среди населения в то время было распространено также высказывание: «Мы здесь, дома, можем только мечтать о том, чтобы зажечь на ветру одним большим пальцем свою Zippo». Но война кончилась и, вместе с возвратом к мирной жизни, к своим почитателям вернулась и Zippo.
Для военных Zippo с давних пор играла особую роль как практически единственный источник огня и тепла в самых суровых условиях армейской службы. Она была обязательным атрибутом долгожданных «перекуров» и выполняла ряд дополнительных функций в качестве карманного зеркальца, сигнального огня, мини горелки и т.п. Солдаты в американской армии почти полностью экипировались за счет государства, за что получили прозвище Джи-Ай (CI — Government Issue). Zippo же, несмотря на свою очевидную полезность, не входила в список казенных вещей и покупалась солдатами в армейских лавках за свои собственные деньги. Это выделяло ее из прочей амуниции и порождало к ней особое отношение со стороны солдат.
Во время Вьетнамской войны надписи и украшения на Zippo, стали повальным явлением. Солдаты, находясь в этой адской бойне под постоянной угрозой смерти, старались запечатлеть на незамысловатых зажигалках состояние своей души и преследующие их мысли. Поэтому Zippo времен Вьетнама сегодня являются интереснейшим предметом для коллекционирования. На них можно встретить неумело нацарапанные простым солдатским ножом надписи, проклинающие войну и тяжелую солдатскую долю. Есть сделанные искусными южновьетнамскими граверами рисунки, названия и даты наиболее жестоких битв, карты Вьетнама, личные послания. Многие украшены эмблемами войсковых соединений и различными фигурами.
Особое место в Zippo времен Вьетнама занимают зажигалки моряков ВМС США, участвовавших в речных сражениях в
дельте Меконга. Изображенные на них боевые корабли и эмблемы флотских подразделений отличаются особым качеством и искусством гравировки. Вообще, связь Американской армии с Zippo MFG.Co ко времени Вьетнамской войны уже превратилась в давнее и близкое сотрудничество. Еще в 40-х годах компания начала выпускать зажигалки с эмблемами родов войск и военными сюжетами. К 60-м же годам практически каждое войсковое соединение размещало заказы на Zippo с изображением своих опознавательных знаков и число Zippo с военными логотипами достигло нескольких тысяч. Зачастую сами эмблемы разрабатывались дизайнерским отделом Zippo MFG.Co.
Особую популярность Zippo приобрела на флоте. Каждый военный корабль считал
долгом иметь собственный запас зажигалок со своим логотипом или изображением самого корабля, которые выдавались каждому члену экипажа на память по окончании срока службы. В имуществе солдат, матросов и летчиков Zippo заняла место наряду с такими обязательными предметами как нож, ложка, ремень, каска, плащ. Более того, кроме своих практических функций, она выполняла роль надежного друга и талисмана. А Zippo, сделанные по специальному заказу с символикой полков, дивизий, батарей, эскадр, кораблей, эскадрилий становились отличительным знаком этих соединений, укреплявшим дух единства и товарищества среди ветеранов и новобранцев.
Уникальность изображений на зажигалках, их непростая судьба и важная роль в суровой службе военных делает военные Zippo особо памятными предметами для их владельцев и желанными для коллекционеров.
Продолжая массовое производство традиционных карманных зажигалок, компания стала расширять ассортимент своей продукции. В начале 50-х было выпущено несколько серий элегантных настольных зажигалок, механическая часть которых оставалась неизменной, сохраняя свои коронные качества: надежность, ветрозащитность и легкость в обращении. К внешнему же виду добавлялись особая утонченность и изящество.
Для женщин были выпущены модели Lady Bradford и Corinthian. Для мужчин подходили больше Bancroft и Moderne. Вскоре номенклатура изделий компании Zippo MFG. Стала пополняться предметами, не относящимся к зажигалкам. Теперь в наборе агента Zippo присутствовали брелоки, перочинные ножи, мячи для гольфа, авторучки, различные пряжки и клиперы. Вместе с тем, компания активно продолжала выпуск рекламных Zippo.
С 1956 года для нанесения гравировки на корпусе Zippo стал применяться метод химического травления металла. Это позволило усложнить рисунок, сделать его многоцветным и более детальным. Рекламные Zippo стали похожими на холст художника. Некоторые из них представляли собой настоящие произведения искусства. Многие компании очень скоро поняли, что Zippo представляет собой идеальную перманентную рекламу в кармане каждого потребителя. Для самой же Zippo MFG Company рекламная продукция не только приносила ощутимые доходы, но также способствовала закреплению в сознании потребителя образа Zippo как необъемлемая часть американской действительности. Именно поэтому особое место в рекламной политике фирмы отводилось сотрудничеству с компаниями, которые представляли такие «американские реалии», как Coca-Cola, PANAM, самолеты Lockhead, Boeing, бритвы Gillette.
Наиболее же успешной была работа с табачными корпорациями. В конце 50-х Philip Morris использовал Zippo вместе с неизменными ковбоями и лошадьми в своей масштабной рекламной кампании. С тех пор Zippo и Marlboro — неотделимы. Вскоре рекламные Zippo уже давали более 40% всех доходов компании. И вместе с расширением их производства все большее значение приобретали красочные Zippo, как предметы коллекционирования.
Это семейство Zippo, начатое еще в послевоенные годы так называемой спортивной серией, со временем выделилось в особую группу изделий Zippo и в настоящее время приносит наиболее стабильный доход компании. Благодаря искусности и нескончаемой фантазии дизайнеров Zippo около 70-80% всех зажигалок покупается в качестве подарка. Причем дарят их не обязательно курящим людям. Для многих Zippo — это предмет искусства и коллекционирования. И каких только сюжетов не увидишь на коллекционных Zippo! Чего только стоит серия NASA, посвященная космическим полетам. Или военная серия, в которой можно найти эмблему почти каждого соединения Армии США.
А в разнообразных спортивных сериях встречаются не только эмблемы и надписи, но и настоящие фотопортреты известных спортсменов. Zippo с инкрустацией, Zippo камуфляжные, Zippo зеркальные, Zippo медные, латунные, серебряные, позолоченные и т.д.
На родине Zippo в г. Бредфорде (штат Пенсильвания) есть обширный музей Zippo, где собраны всевозможные зажигалки разных времени судеб. Здесь есть залы экспериментальных моделей, прототипов Zippo, сломанных и отремонтированных Zippo, шедевров дизайна и легендарных Zippo, коллекционных Zippo и современных разработок.
Некоторые экспонаты музея вызывают особый интерес. Например, в одном из залов около фотографии огромной северной щуки, пойманной в озере Онеида недалеко от Кливленда, стоит старенькая зажигалка, которая была извлечена рыбаками из брюха этой рыбины. Удивительно даже не то, что Zippo как-то попала в пасть щуки, а то, что она работала, когда ее извлекали оттуда, и работает до сих пор.
В зале легендарных Zippo стоит зажигалка, принадлежавшая бессменному тренеру команды округа Колумбия по американскому футболу 30-х годов Лу Литтлу. Во время финала Кубка Штатов в 1934 году был сильнейший ливень. Потоки воды размыли площадку, и игроки с трудом добирались с одного конца поля до другого. Но матч продолжался. Лу нервно и много курил, зажигая сигареты своей Zippo, которая ни разу не отказала, несмотря на то, что сам Лу промок до костей.
Есть там же любимая зажигалка известнейшего военного фотографа Джозефа Джона Розенталя с его монограммой JJR. Эта Zippo замечательна тем, что она напоминает о легендарной фотографии, сделанной Розенталем 19 февраля 1945 года, когда после кровопролитных боев американские морские пехотинцы заняли японский остров Иво Джима и водрузили Американский флаг на вершине Сурибачи, усеянной солдатскими костями. Фотография была настолько удачна, что в одночасье была опубликована во всех ведущих американских журналах и газетах и стала своего рода предвестником окончания войны именно в то время, когда Американская армия испытывала трудности на тихоокеанском фронте и несла большие потери.
В зале курьезов есть Zippo, принадлежащая сержанту десантнику Торну. Во время одного из прыжков при раскрытии парашюта сержанта Торна сильно дернуло, и его Zippo вылетела из нагрудного кармана и полетела на землю с высоты 1100 футов (около 400 м.). Когда Торн приземлился, его товарищ вручил ему зажигалку, найденную неподалеку в поле. Крышка открылась с трудом, но зажигалка зажглась.
Курьезные истории с Zippo продолжает зажигалка монтера Рассела Клуни. Во время ремонта упаковочной машины штанина его брюк попала в шестерню, и его стало затягивать внутрь агрегата. Рассел отчаянно пытался высвободиться, но механизм был сильнее, и его неумолимо втягивало в машину. Неожиданно механизм остановился. Рассел стал освобождать штанину и обнаружил в кармане брюк зажигалку, которая, застряв в шестернях, застопорила машину. Шокированный Рассел извлек свою Zippo из шестеренок и зажег. Она работала, хотя и была немного помята.
В зале славы Zippo выставлены зажигалки, отображающие в своих гравировках и эмалях всю историю Америки не хуже, чем картинная галерея или фотовыставка. Все войны и военные конфликты, потрясавшие Соединенные Штаты, начиная с 30-х годов столетия, нашли свое отражение на простых корпусах маленьких, но нужных Zippo. Все главные спортивные события и мировые достижения американских спортсменов были отмечены выпуском специальных сувенирных Zippo. Общественная жизнь страны и достижения науки также не были забыты Zippo MFG Co. Нет ни одного космического полета, обойденного внимание компании.
В зале шедевров Zippo многокрасочные эмали и искусные гравировки просто поражают фантазией художников и мастерством граверов. В то же время зал современной продукции удивляет многообразием изделий Zippo MFG Co. Здесь, кроме зажигалок и аксессуаров к ним, можно увидеть брелоки, перочинные ножи, шкатулки, часы, авторучки, ремни, перчатки, шляпы, кепки, джинсы…
Завершить наш экскурс по музею Zippo нелишне будет словами о том, что Zippo со дня своего рождения прошла вместе с Америкой почти 60 лет и вместе с ней пережила и Великую депрессию, и период расцвета, и войны, и научные открытия, была подвержена влияниям моды, изменениям в культурной жизни страны и прочим, приходящим и уходящим явлениям, но сама осталась практически неизменной, такой же надежной и долговечной, как при рождении. Хорошо бы, все достижения нашей эпохи обладали этими качествами!
За статью спасибо www.nnm.ru, глубоко люблю и уважаю этот сайт.
Сам зарегистрирован на нем более 10 лет.
Пуща-Водица. Часть 1.
Сентябрь 27th, 2011
admin
Пуща-Водица – это райский уголок на Земле, с богатой культурой, укрепленной глубокими национальными традициями.
История Пущи-Водицы.
В конце ХІХ — начале ХХ века Киев переживал настоящий «строительный бум»: предприимчивые дельцы скупали усадьбы мещан, преподавателей, обедневших аристократов, сносили одноэтажные особнячки, вырубали фруктовые сады, а на их месте по всему периметру участков выстраивали многоэтажные доходные дома с дворами-»колодцами», лишенными всякой зелени. Поэтому с наступлением весны многие киевляне начинали тяготиться жизнью в душном городе и стремились выехать куда-нибудь подальше от городской суеты.
Едва ли не самой известной дачной местностью возле Киева была Пуща-Водица с заповедным дубово-сосновым лесом, где еще в XI веке любили поохотиться киевские князья (в летописях 1009 -1010 гг. упоминается про охоту князя Владимира), а в 1724 г. было создано казенное лесное хозяйство. В 1890-х гг. городская дума основала здесь дачный поселок Пуща — Водица. В 1904 г. были построены противотуберкулезные, а в последствии общесоматические санатории. С 1981 г. Пуща — Водица — поселок городского типа.
Пуща — Водица расположена на северо-западной окраине Киева. Южной границей считается Гостомельское шоссе, восточной — Минское шоссе, западной — дорога на село Мощун. На севере она простирается до села Демидов. Климатический курорт Пуща-Водица — один из самых живописных участков города Киева. Свое название местность получила от слова «пуща», то есть густой, непроходимый лес, и названия небольшой речушки Водицы. Площадь Пуща-Водицы около четырех тысяч гектаров. Пуща-Водицкий лес преимущественно (на 70%) сосновый. Но растет также много берез, дубов, кленов.
До революции 1917 года в Пуща-Водице проходили нелегальные маевки, конференция большевиков (1907 г.), заседание Киевского комитета РСДРП (1911 г.), заседание Всеукраинского временного партийного комитета (июнь 1918 г.). В годы черной реакции, после поражения революции 1905 — 1907 гг. здесь скрывались от преследований революционеры. В 1912 г. на одной из маевок в Пуща — Водице принимало участие более 200 человек.
Значительную роль в развитии дачного поселка Пуща-Водица сыграли в конце ХІХ века киевские врачи Ф. Г. Яновский и Г. Р. Рубинштейн, по инициативе которых в Пуще были построены первые санатории, а дачи начали снимать больные. Немало поспособствовал созданию поселка Пуща-Водица и гласный Киевской городской думы Чоколов, который в 1883 году выступил с предложением организовать дачную местность. Дачный поселок с 600 участками появился в Пуще-Водице спустя десять лет, в 1893 году. Принцип самоуправления поселка Пуща-Водица действительно напоминал устройство классического «города-сада»: участки сдавались частным лицам в долгосрочную аренду, а владельцем лесных угодий оставалась Киевская городская дума. Площадь одного участка составляла 2700 кв. м, участок застраивался в течение двух лет с начала аренды, а площадь дома должна была составлять не менее 72 кв. м. Поселок постепенно превращался в курорт для больных легочными заболеваниями, чему поспособствовала прокладка двух трамвайных линий (1904 г.), соединивших его с Киевом, и телефонная связь. Владельцами дач в Пуще-Водице были архитекторы В. и И. Николаевы, Э. Брадтман, фабриканты Я. Рихерт и И. Снежко; бывал здесь и архитектор В. Городецкий.
Особенно красива Пуща-Водица весной и летом. Когда сойдет снег и просохнет земля, на полянах, среди кустарников, распускаются цветы. То выглянет из-за жухлых листьев мохнатая сон-трава, то улыбнется ослепительно белый подснежник. А в мае ландыш звенит колокольчиками, расцветает фиалка, голубая вероника. Гордо высятся ветвистые могучие дубы, стройные величавые сосны и здесь же рядом — белотелые березки, дикие груши и яблони. Летом землю покрывают светло-желтые бессмертники, тимьян и ромашка. Узкие тропинки ведут к прохладным и грибным местам или к солнечным полянкам, усыпанным земляникой. В тенистых просеках множество различных лекарственных растений. Впрочем, хороши пуща-водицкие пейзажи и осенью, и зимой. Многих писателей и художников привлекала красота Пуща-Водицы. В свое время здесь побывали Петр I, Екатерина II, Т.Г. Шевченко, Н.В. Гоголь (1830 г.), Л.Н. Толстой, Л. Украинка. Рисовали ее художники И.С. Ижакевич, Ф.3. Коновалюк.
Поездка в Пущу-Водицу.
Приезжая в Пущу-Водицу, гости сразу же отправляются на прогулку по лесу или к берегам озер. Но и улицы Пущи стоят того, чтобы прогуляться по ним хотя бы раз. Поскольку лес вокруг заповедный, поселок не разрастался, полностью сохранив свою изначальную структуру: несколько улиц и 14 переулков-»линий». Гулять здесь — все равно что изучать развитие архитектурных стилей. На территории какого-нибудь пансионата порой соседствуют дачный домик позапрошлого века, корпус конца пятидесятых прошлого — и «коробка» времен «эпохи застоя».
Что ж. Пущу-Водицу ценили всегда. А какие здесь уютные беседки и живописные мостики! В поселке даже собственный храм есть. Через три года церкви Серафима Саровского исполнится сто лет. Ценители творчества гениального киевлянина Городецкого должны приехать сюда в обязательном порядке. На территории храма Городецкий возвел небольшую, но, как всегда, очень стильную часовню. Но самое главное в Пуще-Водице — это особенная атмосфера отдохновения. Невольно начинаешь по-доброму завидовать здешним жителям или мечтаешь отдохнуть в одном из здешних санаториев. А пока можно совершить воскресную романтическую прогулку через лес на… трамвае — по ностальгическому маршруту, сохранившемуся с позапрошлого века.
